Новая эра. Уголовное преследование крупного бизнеса в новых условиях: чего ожидать и к чему нужно быть готовым


Наталья Осадчая, соосновательница агентства S&P, кандидат юридических наук, адвокат, советница по вопросам инвестиционных рисков и конфликтов

 

После президентских и парламентских гонок были надежды, что «жить по-новому» для украинского бизнеса наконец-то действительно станет легче. Однако за несколько прошедших месяцев у крупных инвесторов в Украине трудностей не убавилось, а у некоторых наоборот, возникли масштабные проблемы.

В последнее время крупный бизнес столкнулся со значительным увеличением количества уголовных дел как в сегменте налогов, так и в антимонопольных, экологических и других сегментах.

Органы СБУ, прокуратуры, а также ГПУ и НАБУ очень активизировались. Поэтому спектр «вопросов», которые возникают в бизнеса, стал настолько широким, что проследить определенную их систему очень сложно. С большой вероятностью можно утверждать только одно: проблемы возникают прежде всего у достаточно крупных компаний, активно инвестирующих в Украину.

Речь идет об уголовных делах по фактам нанесения ущерба государству, уклонения от уплаты налогов, фиктивного предпринимательства, превышения служебных полномочий, присвоения и растраты имущества путем злоупотребления служебным положением, нарушения правил экологической безопасности, порчи земель, загрязнения атмосферы, нарушения правил охраны вод — и это только часть направлений, по которым государство инкриминирует преступления крупному отечественному и иностранному бизнесу.

Впрочем, как показывает наш опыт, на практике доказательная часть в похожих уголовных делах, открытых в отношении наших клиентов, в подавляющем большинстве очень слабая. Но несмотря на это, бизнес-советникам приходиться осуществлять огромную работу, чтобы доказать отсутствие факта преступления, прекратить уголовное преследование и восстановить репутацию компании и ее руководителей.

В течение такого преследования бизнес страдает от множества следственных действий, проводимых в рамках возбужденных уголовных дел, — обысков, изъятия документов и офисной техники, раскрытия банковской тайны, арестов активов и имущества, бесконечных допросов руководства, сотрудников и контрагентов. Всё это заканчивается негласными действиями — прослушиванием и записью телефонных разговоров, снятием информации с серверов телефонных компаний, слежкой и т.д. Кроме того, всё бизнес-сообщество активно следит за «развитием событий» в отношении таких компаний, ведь после каждого громкого следственного действия — будь то обыск или осмотр — появляется соответствующая информация в СМИ. А значит, еще одним вопросом для бизнеса, который находится в конфликте, становится восстановление репутации, опровержение клеветы и обнародование своей позиции в публичных СМИ.

Интересно, что довольно много уголовных дел, следственные действия по которым активизированы в последнее время, были возбуждены еще при предыдущей власти. Нужно также помнить, что в действующем законодательстве не предусмотрено сроков уголовного досудебного расследования, если уголовное дело было открыто еще до 15 марта 2018 года и по нему не предъявлены подозрения. И такое уголовное дело может тянуться годами, в течение которых можно осуществлять любые следственные действия. Что и происходит сегодня. Ограничения сроков досудебного расследования, вступивших в силу 15.03.2018 года, касаются только тех уголовных дел, которые были открыты после указанной даты. Таким образом, если уголовное дело было возбуждено до 15.03.2018, о каких-либо сроках досудебного расследования можно забыть. Даже больше: в нашей практике мы сталкивались со случаями, когда правоохранители, пытаясь во что бы то ни стало сохранить неопределенность сроков следственных действий, находили старое дело, возбужденное еще при царе Горохе, меняли фабулу, привлекали новые стороны и — готово, сроков нет! Также необходимо помнить, что в 95% случаев суды удовлетворяют любые ходатайства правоохранительных органов, которые подаются в суд, а это ходатайства о временных доступах, обысках, арестах счетов и имущества, снятия банковской тайны, негласных следственных действий (включая прослушивание) и т.д. Поэтому лицо или компания, в отношении которой проводятся следственные действия, на протяжении почти всего досудебного расследования фактически не имеет прав, а также не может объективно доказать и подать доказательства своей невиновности.

То есть подать доказательства можно, но правоохранительные органы просто не принимают такие документы физически. По действующему уголовно-процессуальному законодательству лицо, в отношении которого осуществляются следственные действия, чаще всего не имеет официального статуса в деле до момента предъявления подозрения, а значит, никакое ходатайство от такого лица рассматриваться не будет, а полученные документы правоохранителями к делу не приобщаются.

Вызывает беспокойство и то, что уголовные дела как открывались, так и дальше открыватся в отношении крупных компаний, которые инвестируют в экономику нашей страны немалые средства, создают рабочие места и уплачивают налоги в значительных размерах.

Все эти негативные явления постоянно влияют на имидж нашей страны и отпугивают потенциальных инвесторов. Ни для кого не секрет, что иностранных инвесторов интересуют прежде всего сохранение своих активов и «честные правила игры» в пределах законодательства, а именно с этим Украине нужно еще поработать.

Спасение

Нет однозначного ответа, почему у бизнеса возникают проблемы. Каждый случай — индивидуален. Понятно, что причины таких конфликтов не относятся только к юридическим ошибкам, то есть далеко не всегда юридические или процедурные ошибки становятся основанием (дают возможность) «начать создавать проблемы» бизнесу.

Как показывает наша практика, достаточно большой процент наших клиентов, которые стали объектами серьезного уголовного преследования со стороны государства, допустили ошибки на начальных стадиях бизнесовых или инвестиционных процессов. Это дало возможность их «оппонентам» превратить такие ошибки в серьезную проблему. Каскады обысков в самой компании и у контрагентов, изъятие значительного количества документов, допросы, аресты имущества и средств, экспертизы — всё это закономерные последствия, если бизнесом «заинтересовались».

Чтобы урегулировать одно их таких дел, нам потребовался год кропотливой работы: более сотни ходатайств в ГПУ, свыше 60 обращений в суд, официальная помощь дипломатических миссий, международных организаций и медиа… Отмечу, что год для таких сложных ситуаций — это еще довольно быстрый результат. Обычно они могут длиться и значительно дольше, мешая нормальным бизнес-процессам и разрушая репутацию бизнеса.

На шаг впереди

Когда противостояние с правоохранительными органами находится в серьезной стадии обострения, доказать свою правоту бизнесу становится всё сложнее. Обе стороны конфликта имеют в своем распоряжении доказательства, подтверждающие правоту каждой. Поэтому выход из таких конфликтов — процесс достаточно сложный, но крайне необходимый для компании. Именно победа в таких конфликтах станет залогом и иммунитетом для бизнеса при возможных последующих «наездах». Компромисс не может иметь места в таких противостояниях, здесь или поражение, или победа. Как показывает практика, компромисс — это иллюзия бизнеса относительно его победы, на самом же деле это лишь весточка будущего поражения. Наше государство никогда не шло на компромиссы с бизнесом, разве что временно и только с целью одержать победу в будущем. Кроме того, не будем забывать о значительном кредите доверия, который сейчас имеет новая власть.

В таких условиях политической и социальной нестабильности бизнесу крайне важно просчитывать свои риски на стадии «ноль» (то есть еще до начала реализации бизнес-схемы или проекта). Сделав это, вы лишаете оппонентов малейшей возможности создать бизнесу проблемы. К сожалению, сейчас, как и раньше, чаще приходится спасать бизнес, чем минимизировать риски на старте. Впрочем, человеку, как и бизнесу, свойственно учиться на пробах и ошибках.

Быть на шаг впереди оппонентов — один из таких уроков.

Оставьте комментарий

Get In Touch